— А вы, собственно, кто и почему звоните на этот номер в два часа ночи? — женский, слегка недовольный голос на том конце провода прозвучал так обыденно, что Даша сначала не поняла смысла сказанных слов. За окном послеродовой палаты шумел густой, монотонный осенний дождь. Даша сидела на жёсткой больничной койке. Всё её тело ныло от тупой, тягучей боли, но в груди разливалось огромное, тёплое чувство свершившегося чуда. Акушерка деловито взвешивала сморщенный, кричащий комочек, а Даша плакала от невероятного облегчения...

У Даши есть игрушка. Резиновый жёлтый цыплёнок, который пищит, если на него нажать. Даша носит его с собой с щенячьего возраста. Спит с ним, таскает из комнаты в комнату, иногда кладёт рядом с миской во время еды. Цыплёнок уже облезлый, один глаз стёрся, пищалка работает через раз — но Даша его любит. Это её вещь. Её талисман. Все в доме это знают. И вот в четверг я прихожу из кухни и вижу: Маша лежит на диване. В зубах — жёлтый цыплёнок. Лежит спокойно, уверенно, как будто этот цыплёнок всю жизнь был её...