Максим привык контролировать всё: котировки акций на лондонской бирже, поставки сжиженного газа и даже частоту пульса своих подчинённых. В свои тридцать восемь он обладал состоянием, которое позволяло купить небольшой остров, и цинизмом, который позволял этот остров при необходимости сжечь ради страховки. Но была одна зона, где его контроль давал осечку — его сердце. Елена ворвалась в его жизнь полгода назад. Она не была похожа на хищных львиц, привыкших охотиться в VIP-ложах. Дизайнер интерьеров с тихим голосом и взглядом, в котором Максим читал странную смесь нежности и стойкости...

У Максима Соколова была бизнес-империя в сфере строительства, выстраданная, вырванная у жизни с кровью и потом. Он поднял её с нуля – из пыли котлованов и холода бетонных коробок. И теперь, когда его детище приносило миллиарды, он позволял себе эту горечь гордости – жгучую, как крепкий виски. Успех не пришёл – он был взят, выторгован у судьбы жёстким управлением и той самой, стальной, волей к победе. Любой ценой. За высокими окнами двадцатого этажа вечерняя Москва стеклянно блестела, холодная и чужая, как цифры на экране...