ХОЧЕТСЯ ПОЗВОНИТЬ МАМЕ //
Свекровь при всех потребовала: “Поклонись мне в ноги!”. Я развернулась и ушла. Наутро вся семья звонила
ГЛАВА ЮЛИИ В воздухе пахло жареными пирожками, дорогими духами и натянутой, звонкой вежливостью. За столом, уставленным мамиными салатами и моей шарлоткой, сидели двенадцать человек. Юбилей Людмилы Степановны. Пятьдесят восемь лет величия. Я несла торт. Свечи. «Пусть сбудутся все ваши желания, Людмила Степановна». Улыбка, натянутая до боли в скулах. Она приняла подарки кивком королевы. Её новый блузка — шёлк, вероятно, купленный Сергеем. Моя зарплата учителя за две недели. — Юля, а почему борщ сегодня жидковат? — спросила она, не дотронувшись до ложки...
Квартира раздора
— А чего ты, Ксюш, ерзаешь? — Людмила Петровна аккуратно поставила чашку на блюдце. — Мы с отцом всё обсудили. Квартиру Вадика в области продавать нельзя. Это его база, его старт, если что-то пойдет не так. А то, что ты на ипотеку накопила — молодец. Бери на себя, ты же у нас официально больше получаешь, тебе и банк одобрит быстрее. Но доли в новой квартире должны быть равные. Пятьдесят на пятьдесят. По закону и по совести. Ксения посмотрела на мужа. Вадим сосредоточенно изучал узор на клеенке, обводя пальцем желтый подсолнух...