Кухонная дверь была приоткрыта лишь на щелочку, но этого хватило, чтобы ледяной сквозняк предательства ворвался в уютный мир Анны Павловны. Она стояла в темном коридоре, прижимая к груди поднос с домашним печеньем. Руки, еще утром казавшиеся крепкими, внезапно задрожали. — Макс, я больше не могу, — капризный голос Карины, невестки, полоснул по нервам. — Эта овсянка по утрам, ее вечные поучения о том, как экономить воду… Я чувствую себя в тюрьме. Мы полгода живем в этом антиквариате, а я даже нормальные туфли купить не могу! Анна Павловна замерла...

Каждую ночь муж уходил в комнату свекрови, думая, что я уже уснула, и каждый раз оттуда доносились странные звуки. Но однажды я решила узнать, что там происходит, и поставила скрытую камеру. Посмотрев запись, я ужаснулась, увидев, как мой муж и свекровь. Я проснулась от того, что матрас рядом со мной прогнулся. Сквозь полуприкрытые веки увидела силуэт Дмитрия. Он осторожно поднимался с кровати, стараясь не скрипнуть пружинами. Я не шевелилась, притворяясь спящей. Это уже вошло в привычку за последние недели...