— Мама рассчитывает на нас с выплатами, — сообщил Вадим, старательно вымакивая хлебным мякишем остатки сметаны со дна тарелки. Сказано это было тоном государственного секретаря, оглашающего новый, не подлежащий обсуждению указ. Он даже подбородок слегка приподнял для пущей важности, отчего крошка с его губы упала прямо на чистую скатерть. Я аккуратно поставила чашку с кофе на стол. В нашей семье слово «выплаты» в последнее время относилось ровно к одному событию. На днях налоговая инспекция после долгих проверок должна была перечислить мне имущественный вычет...

— Четыреста восемьдесят тысяч. Вернёшь — тогда и уходи. Лариса положила лист на тумбочку, прямо поверх Дашиных перчаток. Дарья стояла в пальто. Чемодан уже был у двери. Она собиралась забрать дочь с дня рождения и ехать к Марине, которая час назад написала: «Диван разложила. Приезжайте». До четырёх оставалось двадцать минут. — Это что? — спросила Даша. — То, что наша семья в тебя вложила. Свекровь постучала ногтем по нижней строке. Цифра была обведена дважды. Дарья взяла лист. Свадьба — сто двадцать тысяч...