Запах лилий ударили в лицо сразу, как только я открыл дверь банкетного зала. Запах был густой, тяжёлый, липкий. От него хотелось сделать шаг назад, выйти на улицу, вдохнуть воздух, в котором нет этой сладости, похожей не на праздник, а на что-то прощальное. Я стоял на пороге и смотрел в зал, который сам выбрал для Кати. Белые скатерти. Свечи в стекле. Цветы на столах. Стулья в светлых чехлах. Всё так, как она хотела. Без позолоты, без дешёвой вычурности, без бантов на спинках. «Пап, чтобы было красиво и спокойно», – сказала она тогда, листая фотографии залов у меня на телефоне...

Я раньше думала, что тишина — это просто отсутствие звуков. Как же я ошибалась. Тишина — это когда утром можно поставить чайник и не услышать за спиной: «Опять воду кипятишь не так, удивительно, как ты вообще до тридцати дожила». Тишина — это когда открываешь шкаф, берёшь свою кружку, пьёшь кофе на веранде и никто не заглядывает тебе в лицо с видом санитарного инспектора, обнаружившего плесень в школьной столовой. Тишина — это когда твой дом принадлежит тебе. Не чужому голосу. Не чужим правилам...