Асфальт плавился от жары. Термометр показывал сорок два градуса в тени, а тени не было. Только раскаленная площадь перед торговым центром, где толпились люди с детьми, мороженым и смартфонами. Все искали развлечений в выходной день. И нашли. Посреди площади стояла она — маленькая пони с огромным животом. Седло врезалось в спину, поводья натянулись от детских рук. Один ребенок слезал, другой уже карабкался наверх. Фотоаппараты щелкали без остановки. "Мама, смотри, какая забавная толстая лошадка!" Толстая...

Фарфоровая чашка с тонким золотым ободком тихо звякнула о блюдце. В просторной, залитой холодным осенним светом гостиной повисла густая, почти осязаемая тишина. Казалось, даже старинные напольные часы в углу на секунду задержали свой мерный ход. — Она беременна от твоего мужа. Прими ее в дом ради чести семьи, — безапелляционно заявила Элеонора Генриховна. Ее голос звучал сухо и по-деловому, словно она обсуждала не крах восьмилетнего брака своей невестки, а смету на ремонт загородного дома. Свекровь сидела на диване с идеально прямой спиной, ни один мускул не дрогнул на ее ухоженном лице...