Холодильник гудел в темноте кухни так настойчиво, будто этот звук был единственным живым существом во всей квартире. Дарья стояла у плиты и доедала остывшие макароны прямо из кастрюли. Вилка скребла по эмали, макароны слиплись в холодный плотный ком, и соли в них почти не чувствовалось — соль тоже была из категории «лишнего». На часах половина первого ночи. Дмитрий ещё не вернулся. Дарья прислонилась к столешнице и подняла глаза к холодильнику. На дверце, чуть кривовато, висел магнитик — три жёлтых человечка, держащихся за руки, и надпись круглыми буквами: «Наша семья»...

Ольга не сразу поняла, почему муж стал приходить с работы молча. А потом увидела переписку с сестрой. Через семь дней Виктор поехал в банк, и всё встало на свои места. Ольга заметила это по ложке. Виктор всегда размешивал чай против часовой стрелки, медленно, задумчиво, глядя в окно. А тут стал бросать ложку на блюдце, не допив. Вставал. Уходил в комнату. Она не спросила. Не в первый день, не во второй. На третий вечер он вернулся позже обычного, повесил куртку мимо крючка и сказал: - Мне надо подумать...