Сын впервые не приехал на дачу. И мать назвала отдых предательством. Когда Алексей пришёл ко мне на консультацию, он сел в кресло так, будто занял чужое место. Не удобно, не свободно, а осторожно. Как человек, который даже в кабинете психотерапевта внутренне спрашивает разрешения: «А можно я тут немного побуду?» Ему было тридцать восемь. У него была работа, квартира, ипотека, больная спина и редкая способность говорить о себе так, будто речь идёт о каком-то соседнем человеке. — Вроде ничего страшного не произошло, — сказал он...

– Если твоя мамаша ещё раз заявится к нам без звонка в своих стоптанных калошах, я подам на развод и заберу ребёнка! – визгливый крик невестки заставил 35-летнего Игоря замереть в прихожей с ключами от новенького внедорожника...