«Он просто перестал есть. И это хуже любого диагноза». У нас 180. Котов. Сто восемьдесят сердец, которые бьются в такт с моим. Но сейчас я говорю только об одном. О том, кому дали имя КотЬ (с мягким знаком на конце, потому что он у нас особенный)...

Как Саня выбрался из осиновой рощи, он рассказал достаточно подробно. Как сумел выйти к своим Ромашов, мы не знаем – остаётся лишь констатировать, что такие, как он, в огне не горят и в воде не тонут. Сам он скажет: «Я вернулся в Москву и сразу же стал хлопотать, чтобы меня перевели в Ленинград...