Осеннее солнце, холодное и пронзительно-яркое, безжалостно било в панорамные окна VIP-палаты, словно прожектор, освещающий сцену перед финальным актом. Алина стояла у окна, скрестив руки на груди, и невидящим взглядом смотрела на оживленный проспект далеко внизу. Машины казались крошечными, разноцветными жуками, спешащими по своим свободным делам. Свободным. Это слово теперь отдавало на языке горькой полынью. Позади нее раздавался радостный щебет Макара и шуршание плотной бумаги — медсестра помогала ему собирать новые игрушки в огромные фирменные пакеты...

— Я не дам тебе денег на ремонт машины твоего отца! Почему я должна тратить свою годовую премию на развалюху свекра, на которой он даже не ездит?! Ты пропил свою зарплату с друзьями за два дня, а теперь лезешь в мою заначку?! Убирай руки от шкатулки, или я вызову полицию и скажу, что ты меня грабишь! — визжала жена, блокируя собой доступ к шкафу, где лежали отложенные деньги. Сергей даже не вздрогнул от ее крика. Он стоял посреди залитой утренним светом спальни в одних мятых серых боксерах, переминаясь с ноги на ногу по теплому ворсу ковра...