— Марина, маме исполняется семьдесят пять, это не просто дата, это рубеж! — Игорь водрузил на кухонную клеенку литровую банку с маринованными патиссонами, словно закладывал первый камень в фундамент мавзолея. — Нужен банкет в «Старом замке», цыгане с бубнами и саксофонист. Я уже прикинул смету, в сто сорок тысяч уложимся. Марина в свои пятьдесят шесть смотрела на мужа с той особой вселенской грустью, с какой обычно смотрят на ценники в аптеке. На дворе стояла середина сентября, за окном летели желтые...

Прошла неделя. Потом две. Я перестала считать дни. Жизнь разделилась на «до» и «после» — и в «после» всё было странно, ярко и до тошноты неправильно. Мы с Орловым виделись каждый день. Не потому что хотели — потому что так было нужно. Утром он встречал меня у общежития с кофе. Капучино для меня, американо для себя. Мы шли в универ вместе, держась за руки. На лекциях сидели рядом — он на заднем ряду, я на своём обычном месте у окна, но теперь между нами не было пустых кресел. Он пересаживался. Каждый раз...