Анна складывала вещи мужа в корзину для стирки почти на автомате: привычный ритуал, который она проделывала столько раз, что могла бы делать это с закрытыми глазами. Куртка висела на спинке стула — тяжёлая, тёмно-серая, которую Игорь купил прошлой осенью, когда они ещё спорили, стоит ли тратиться на такую дорогую вещь. Анна тогда ворчала, а он улыбался: «Зато в ней хоть в метель, хоть в ливень». Теперь эта улыбка казалась ей чем-то из другой жизни — чуть размытой, как старая фотография, где лица уже не разобрать...

Она знала, что победит, ещё до того, как вошла в зал. Но не предполагала, что это будет так тихо Ярлык на спине у него был размером с визитку. Белый, плотный, с синей печатью, он болтался точно между лопатками, там, где смокинг обычно оттопыривается от самодовольства. София заметила его с порога. За десять лет реставрации она научила глаз находить то, что остальные старательно не замечают: трещину под свежей краской, гипс, который выдаёт себя за мрамор, фальшь в каждой завитушке. Фальшь в чужом смокинге была той же породы, только с ценником...