Майя замерла в низкой стойке, сжимая трубу. В её глазах не было триумфа, только холодный расчет специалиста, который только что устранил первую неисправность. Артур стоял с пустыми руками, глядя на лежащее тело своего бойца, и в его глазах в первый раз за вечер начал проступать первобытный, липкий страх. Майя не стала тратить время на добивание: растрачивать кинетическую энергию в замкнутом пространстве недопустимо. Она уже была в движении. Короткий, взрывной рывок в сторону ближайшей несущей бетонной...

В забытой богом деревушке, которую даже на старых картах обозначали едва заметной точкой, стоял пересохший колодец. Он стоял здесь, сколько себя помнили старожилы, — а может, и дольше. Колодец не просто пересох: он умер. Дно затянуло чёрной тиной, стены покрылись лишайником, а по краям зияли трещины, будто кто‑то когтями скреб изнутри. Взрослые обходили его за три версты. Дети слышали от родителей шёпотом передаваемые истории: будто в давние времена в колодец бросали дары, чтобы отвести беду, а потом кто‑то бросил не дары, а проклятия...