Дело о смерти моей сестры закрыли за 48 часов. Ровно столько же понадобилось системе, чтобы закрыть дело человека, который приказал её убить. И обе бумаги были подписаны одним и тем же словом: «Самоубийство». Между этими двумя документами прошло три месяца. Эта история о том, что я делал эти три месяца. И какую цену платит человек, решивший забрать у государства украденную им справедливость? Есть такой момент. Я знаю его точно, потому что переживал не раз. Когда тело понимает раньше разума. Сердце делает один лишний удар...

В зале судебного заседания пахло канцелярским клеем. Маргарита Викторовна Шелест, федеральный судья с двенадцатилетним стажем, этот запах ненавидела, но привыкла, как привыкают к хроническому насморку. Кондиционер сломался ещё в пятницу, в понедельник вызвали мастера, мастер обещал быть к среде. И вот среда, четвёртый час пополудни, в зале душно, как в троллейбусе в час пик. Секретарь Людочка обмахивается папкой, конвоир откровенно клюёт носом, потому что дело последнее, четвёртое за день, всем плевать, всем хочется домой...