Глеб требовал признать кредит на миллион двести общим долгом и клялся, что деньги ушли на ремонт. Нелли знала, что ремонта не было. А потом на даче у матери нашёлся его старый ноутбук с отклеенной наклейкой на крышке. Ноутбук лежал на заднем сиденье, завёрнутый в мамино банное полотенце с жёлтыми утками. Нелли трижды за дорогу оборачивалась проверить, не съехал ли он на пол, хотя машина шла ровно и на светофорах она тормозила так мягко, будто везла торт. До суда оставалось сорок минут. Она припарковалась у торгового центра напротив, заглушила мотор и не стала выходить...

Путь через нижние ярусы старого дренажа занял почти час. Они шли по колено в ледяной воде, которая с каждым шагом становилась всё более мутной и вязкой. Наблюдатель больше не пытался светить фонарем — Даша сама стала источником света. Зеленоватое, призрачное пламя окутывало ее фигуру, заставляя тени на бетонных стенах, плясать в причудливом танце. — Мы под рекой, — хрипло бросил старик, опираясь о стену. Его дыхание со свистом вырывалось из груди. — Если Костя сегодня на объекте «Гостиный двор-2», то его вентиляционная шахта должна быть в трехстах метрах к северу...