— Олег, коммуналку пора платить. Уже третье число. Даша поставила перед сыном тарелку с кашей и села напротив мужа. Тот ковырял яичницу вилкой, глядя в телефон. — Заплати пока, — он даже не поднял глаз. — У меня сейчас не особо идёт. Люди как будто все на автобусы пересели. — Я заплачу. Но, Олег, денег с твоей работы я не вижу уже который месяц. — Ну ты же знаешь, — он наконец посмотрел на неё, — в прошлый месяц на ремонт тачки сколько вбухал. Подвеска, колодки, масло поменял. Это же не просто так, это в дело...

Война за комнату Кати длилась годами. Для Алины это было полем битвы с разбросанной одеждой, чашками с непонятными остатками чая и хрупкими баночками косметики, образующими на полках опасные пирамиды. Для Кати — цитаделью свободы, личным пространством, которое мама постоянно пыталась штурмовать со шваброй и ворчанием. Но что-то изменилось. Алина, наученная горьким опытом и мудростью Ирины, прекратила атаки. Она больше не входила в комнату дочери без стука, не выбрасывала «хлам» и не требовала немедленной уборки...