Входная дверь распахнулась от удара ногой. Ручка врезалась в стену, выбив крошку штукатурки. На порог кубарем влетел десятилетний Лев. Светлая куртка нараспашку. Правый карман висел на лохмотьях серой подкладки. На светлых джинсах запеклись комья мокрой жирной глины. По щекам текли злые, грязные слезы. Мальчик швырнул ключи на обувную полку у порога. Брелок в виде зеленой зубастой акулы со звоном подскочил на металле. — Мама! Они меня чуть не убили! Камилла отставила сковороду на выключенную конфорку...

Два года назад муж ушёл, прихватив мамину кастрюлю «на первое время». Теперь на пороге стоит его новая жена с этой кастрюлей в руках. Но принесла она не только посуду, а то, о чём Галина не должна была узнать никогда. Эту кастрюлю Галина узнала бы с закрытыми глазами. По чёрному сколу на ободке размером с пятирублёвую монету, по вмятине на боку, по запаху лука, который не вымывался двадцать лет. Она стояла в прихожей, прижавшись лбом к двери, и смотрела в глазок. На коврике, обёрнутая в клетчатое полотенце, стояла синяя эмалированная кастрюля на шесть литров...