— Мама, подписывай соглашение прямо сейчас и не ломай мне жизнь! — тридцатитрехлетний Роман с размаху шлепнул на клеенчатый кухонный стол толстую синюю папку. — У меня официальный оклад в строительном холдинге — двести сорок тысяч рублей! Ты хоть понимаешь, что это значит при разводе?! Суд присудит Дашке ровно треть моего дохода на двоих детей! Это восемьдесят тысяч в месяц! Почти миллион рублей в год из моего кармана! Я пятнадцать лет должен горбатиться на бывшую бабу и ходить в обносках?! Шестидесятидвухлетняя Валентина Андреевна замерла у кухонной плиты с мокрым вафельным полотенцем в руках...

Телефон Павла Ивановича завибрировал в начале десятого. Он глянул на экран, коротко кивнул мне и ответил негромко: – Слушаю. Да. Понял. Мой спутник помолчал, слушая, и по тому, как медленно разглаживалась складка между его бровями, я догадалась, что приказ получен, причём всё идёт по плану. Мне он, правда, был незнаком, но хотелось верить, что правильный. – Хорошо. Через сорок минут будут здесь? Принял. Геолокацию я скинул, – Павел Иванович н нажал отбой и повернулся ко мне. – Алексей Сергеевич решил не ждать до полудня...