Любимый наконец-то сделал Лине предложение. Она так долго этого хотела, плакала от счастья… а потом присмотрелась. Вот уже три дня Лина смотрела на свою левую руку и чувствовала, как внутри нее разрастается тяжелая, липкая пустота. Кольцо тускло поблескивало при дневном свете, но этот блеск был каким-то болезненным, неживым. Она прекрасно разбиралась в украшениях — работа в ювелирном салоне накладывала отпечаток. Лина могла определить пробу золота на глаз, отличить родиевое покрытие от серебра и уж тем более видела невооруженным взглядом дешевую бижутерию...

Алиса натягивала колготки так яростно, что осталась затяжка. Тонкая, почти незаметная дорожка, поехавшая от ступни. Она выругалась сквозь зубы, стянула испорченную пару и швырнула в корзину для бумаг, потому что мусорное ведро стояло на кухне, а время поджимало. Новые колготки, чёрные, плотные, восемьдесят ден, легли ровно. Алиса подумала, что не придётся весь вечер одёргивать подол платья, которое она выбрала исключительно за способность маскировать всё, что её раздражало в собственном теле. Разворот...