Ресторан назывался «Ла Трюф». Марина никогда здесь не была и, честно говоря, не хотела быть. Ей хватало уютных кофеен у дома, где пахло корицей и зерновым кофе, а не трюфельным маслом и чужими деньгами...

— Где мой ребенок?! — кричу на женщину, что стоит передо мной. Нависаю над ней и взглядом словно прожигаю дыру во враче-репродуктологе, к которой записался утром. Белицкая единственная, у кого сегодня окно в записи образовалось. Да и мне плевать было, к кому записываться. Я всего лишь хотел узнать, в каком состоянии мой материал. Но здесь, в кабинете, меня ожидал настоящий сюрприз. — Я… Я… Я не знаю… — тянет она испуганно. Нижняя губа ее подрагивает и намекает, что еще немного — и женщина заплачет...