Мальчик сидел на полу в коридоре, прижавшись спиной к Вериной двери. Колени подтянуты к подбородку, глаза сухие и неподвижные. Рядом стоял фанерный чемоданчик с оторванной ручкой, перевязанный бельевой верёвкой. Нонна увидела его, ещё не сняв пальто. Часы на кухонной стене показывали двадцать минут двенадцатого ночи. Последний сеанс в «Победе» закончился в половине одиннадцатого, потом Нонна мыла полы в фойе за запившую уборщицу Зину, потом ждала трамвай на пустой остановке. Октябрь пятьдесят пятого выдался ранним и холодным...

Марина стояла у окна в коридоре школы, сжимая в пальцах телефон, и смотрела на пустой двор, где ветер гонял по асфальту сухие листья. А в голове у нее билась мысль — ну почему, почему каждый раз, когда ты пытаешься защитить своего ребенка, ты автоматически становишься истеричкой, скандалисткой, яжматерью, которая слишком близко к сердцу воспринимает обычные детские игры. Она уже третий раз за последние две недели приезжала в школу посреди рабочего дня. Отпрашиваясь у начальника, который кривил...