Вечер у костра в Деревне новичков дышал серым дымом и дешёвым табаком. Опытный бродяга по кличке Седой, прихлебывая из кружки, негромко рассказывал: «В низине за старым заводом лежит ”Звезда пророка”. Ценник у неё такой, что на три машины в Большом мире хватит...

Зона не любит, когда ворошат прошлое. Она предпочитает, чтобы её секреты гнили вместе с бетоном старых бункеров, покрытые плесенью и забвением. Я же был из тех дураков, которые верят, что у каждой ржавой гайки есть своя история. Звали меня Шептун. Не за любовь к разговорам — язык я держал за зубами туже, чем чеку на гранате, — а за привычку говорить едва слышно. ( А не за то, про что вы подумали) В Зоне громкие долго не живут: либо пулю схлопочешь от нервного соседа, либо слепая химера услышит твой топот за километр...