Кордон встретил Михаила неприветливо - холодный осенний дождь и пронизывающий ветер. Он поправил потрепанный рюкзак и направился к старой железнодорожной насыпи, где, по слухам, находился лагерь новичков. После отсидки в шесть лет за разбой работу найти не удавалось - никто не хотел связываться с бывшим зеком. Зона манила обещанием быстрых денег, здесь никто не спрашивал о прошлом. Местный торговец Сидорович, прищурившись, разглядывал потертый паспорт через толстые линзы очков. "Значит, Михаил Петрович Громов...

Снорк прыгнул и повис в воздухе, напоровшись грудью на остриё копья, чтобы не проваливались насквозь, он прикручивал куски металла, которые находил в развалинах, а потом бросил это долгое и бесполезное занятие, поскольку так расходовалась драгоценная веревка, и сделал бахрому на конце копья. Копья в Припяти делают, кто во что горазд, но есть они практически у всех. Исключение составляют только мертвяки, их немного, но с ними можно жить, они могут и выручить, а нужно им совсем немного, отрежут кусок мяса и всё...