Вера никогда не считала себя циником. Она называла это практичностью, которую жизнь вложила в нее крепко. Она давно усвоила: мир не делится на черное и белое, а на удобное и неудобное. И с Сережей ей было удобно всегда. С первой минуты, когда он в очереди в деканат, вместо того чтобы ныть про закрытую ведомость, просто загородил её плечом от напиравшей толпы. Ей тогда было девятнадцать, и она позволила себе расслабиться, потому что рядом оказался кто-то, кто стал воевать за нее. Сейчас Вере тридцать...

Если ваше детство пришлось на 70-е, 80-е или 90-е, вы наверняка помните этот азарт. Весь двор разбит на две команды, на асфальте нарисованы стрелки, сердце колотится от страха быть пойманным, а где-то в кустах обустроен «штаб» или «тюрьма». Снаружи это выглядело как активная и полезная игра на свежем воздухе. Наши родители радовались: «Ну, хоть не по подвалам шастают, делом заняты». Мы думали, что просто развлекаемся. Но если сегодня разобрать механику «Казаков-разбойников» глазами профайлера, становится не по себе...