Степан Аверьянович не любил детей. По крайней мере, так считало всё село. Дети тоже были в этом уверены. Когда почтальон появлялся на улице со своей потёртой брезентовой сумкой, мальчишки переставали гонять деревянный обруч, девочки прятали за спины недоеденные лепёшки, а самые маленькие прижимались к заборам. Степан Аверьянович никого не бил. Даже голоса почти никогда не повышал. Он просто умел так посмотреть, что человек сразу вспоминал всё плохое, совершённое им за последнюю неделю. Высокий, костлявый, с длинным лицом и седеющими усами, он ходил по селу в старой железнодорожной шинели...

НАЧАЛО Сквозняк ударил Маше прямо в лицо. Она открыла глаза и сразу поморщилась: пальцы ног онемели. Картон под ней отсырел, бракованные пуховики теперь почти не грели. Маша села и принялась изо всех сил растирать ступни руками. За железной дверью уже вовсю шумел Черкизон. Звенели тележки грузчиков, хлопали двери соседних палаток, где-то вдалеке хрипло кричал мегафон. Стук в дверь раздался ровно в полседьмого, как обычно. Маша быстро поднялась, отодвинула засов и повернула ключ. Тетя Тома вошла внутрь...