Я смотрю в старинное, покрытое темными пятнами потускневшей амальгамы зеркало и вижу совершенно чужую, бесконечно уставшую женщину. Мне пятьдесят один год. Мои пепельные волосы, когда-то густые и блестящие, теперь туго стянуты на затылке в строгий пучок, чтобы не мешать во время работы. Васильковые глаза, которые раньше так часто хвалили, безвозвратно выцвели от бесконечного, изматывающего недосыпа и тяжелых ночных тревог. Моя должность директора музыкальной школы обязывает всегда выглядеть безупречно, быть примером для учеников и педагогов...

Прежде чем вернуться домой, я забежала в ближайший магазинчик, где планировала найти Лизу — она помогала там отцу, который открыл несколько точек с фермерскими продуктами по Москве. Подруга действительно была на месте и раскладывала на полке огурцы — дорогие, но очень аппетитные. — Привет, — привлекла ее внимание я, практически выхватив из ее рук один короткий огурец и сразу откусив от него кусок. — Привет! — радостно взвизгнула она. — Как все прошло с этим Парнасовым? Я прикусила нижнюю губу, прекрасно...