— Мам, ты чего в шесть утра приперлась? — Андрей стоял в дверях в одних спортивных штанах, волосы торчали во все стороны. — Андрюш, я же говорила, что заберу коробки сегодня! Мне на дачу ехать, трубы проверить после морозов надо, — Юлия Игоревна уже протискивалась в прихожую, даже не дождавшись приглашения. Лия услышала голос свекрови из спальни и закрыла глаза. Суббота. Выходной. Они с Андреем наконец-то могли выспаться — в фитнес-клубе у неё была адская неделя, три тренера заболели, пришлось самой подменять на ресепшене до девяти вечера...

— Оливье ты, конечно, пересолила. А в «шубу» надо класть тертое яблоко, я тебе сто раз говорила. Без яблока это не салат, а замазка. Марина отодвинула тарелку демонстративно, двумя пальцами, словно боялась испачкаться. Вилка звякнула о фарфор так громко, что Ира вздрогнула. — Ешь, что дают, — буркнул муж Марины, Толик, не поднимая глаз от своей тарелки. Он методично, как экскаватор, уничтожал холодец, не обращая внимания на кулинарные дебаты. — Я не для того к родной сестре приехала, чтобы давиться солью, — парировала Марина, поправляя идеально уложенную салфетку на коленях...

— Вадим, куда делись деньги со счета? Жанна стояла посреди комнаты с телефоном в руке, глядя на мужа так, будто видела его впервые. Вадим даже не поднял головы от ботинок, которые расшнуровывал, присев на край дивана. — Какие деньги? — Двести восемьдесят тысяч. Те, что мы копили на квартиру. Они исчезли. Операция прошла сегодня утром по твоей карте. Он наконец посмотрел на нее. Лицо спокойное, даже слишком. Жанна почувствовала, как внутри что-то сжалось. — А, это. Я отдал маме. — Что? — Маме отдал...