— Море отменяется, я сдал билеты, — Дима вошел в кухню с таким видом, будто только что спас человечество от падения метеорита, ну или как минимум вынес мусор без трех напоминаний. — Мы едем к маме. Середина июня — самое время окучить картошку и поправить забор. Саша, которая в этот момент аккуратно оттирала капли жира со старого холодильника «Минск», замерла с тряпкой в руке. В ушах у нее явственно заиграл марш «Прощание славянки», причем в какой-то трагической, заупокойной аранжировке. Забор. Картошка...

— Юра, глуши мотор, иначе мы этот табор до вечера из багажника вытряхивать будем. — Виточка, ну не сердись, мама сказала, что им просто по пути было. — По пути откуда, из центра занятости населения прямо к нам на шестисоточный суверенитет? Виталина стояла на крыльце своей аккуратной дачи, скрестив руки на груди. Конец июня выдался жарким, воздух пах разогретой сосновой смолой, цветущей клубникой и легкой паникой. На часах было всего одиннадцать утра, а идеальные выходные, которые Вита планировала последние две недели, уже накрылись медным тазом повышенной вместимости...