— Оля, ну не будь ты цербером в юбке, — Миша жалобно посмотрел на жену, пытаясь выудить из вазочки последнюю сушку. — Март на дворе, у неё в этом ПГТ крыша потекла. Буквально. И фигурально, кажется, тоже. Она там одна, как перст, в этой сырости. — Извини, но жить тут твоя мама точно не будет, — твердо сказала Оля, отодвигая от себя тарелку с недоеденным винегретом. — Крыша у Марины Владимировны течет по расписанию, аккурат к началу дачного сезона, чтобы переждать весеннюю распутицу в комфорте с доставкой еды на дом, — Оля решительно встала и включила кран...

— Такой дом, конечно, хороший, — говорила свекровь, водя пальцем по краю чашки с чаем. — Два этажа, больше ста квадратов. Шикарно! — Да, мне тоже нравится, — согласилась Юля. Она по многолетнему опыту общения со свекровью знала, что та нахваливает ее наследственную недвижимость далеко не просто так. Скорее всего, что-то хочет. И сейчас об этом скажет. — Если вы хоромы свои продадите, то и Полине на квартиру хватит. И вам на закрытие ипотеки останется, еще и на обмыв сделки наскребете, — Светлана Александровна макнула сушку в чай так решительно, будто ставила печать на акте о капитуляции...