— Рома, скажи мне как родному человеку, ты в бабку свою, Аграфену Саввишну, пошел или это у тебя приобретенное, от телевизора? Юля стояла посреди кухни, сжимая в руке телефон так, будто это был единственный спасательный круг в пучине мирового финансового кризиса. На часах было семь утра конца июля — то самое время, когда солнце уже вовсю жарит сквозь занавески, обещая очередной день в режиме «филиал ада на земле», а нормальные люди еще пытаются досмотреть третьи сны про море и шведский стол. Рома,...

— Ниночка, ты только не нервничай, но у меня теперь есть норка цвета колотый лед, — пропела в телефонную трубку Евгения Владимировна, и на заднем плане отчетливо звякнула магазинная вешалка. Нина замерла с тряпкой в руках посреди прихожей. В середине октября в типовой трехкомнатной панельке жизнь обычно текла по предсказуемому руслу: из щелей балконной двери уже потягивало промозглой сыростью, батареи только начали еле слышно побулькивать ржавой водой, а на обувной полке теснились резиновые сапоги и громоздкие теплые куртки...