— Миша, если твой телефон сейчас тренькнет в шестой раз, я лично выброшу его в мусоропровод вместе со шнуром, чехлом и твоим сыновним долгом. — Алина, ну пойми, это просто автоматическое уведомление от банка, — Миша втянул голову в плечи и замер с губкой в руке над пригоревшей сковородой. — Списание прошло успешно, двадцать восемь тысяч четыреста рублей. Чего нервничать, всё же под контролем. — Под чьим контролем, Мишенька? Под контролем твоей мамы, которая три месяца назад внесла нас в чёрный список...

— Соня, мама прислала из тайги фотографию оленя и попросила перевести ей на карту сорок восемь тысяч рублей на покупку сухого мха, — Сергей опустил телефон экраном вниз на клеенку в желтый горошек. Соня даже не вздрогнула. В пятьдесят шесть лет способность удивляться атрофируется сама собой, уступая место трезвому расчету и желанию, чтобы все вокруг просто закрыли двери с той стороны. За окном хлестал промозглый конец октября, сыпал колючей крупой и размазывал по асфальту жухлые кленовые листья, а в трехкомнатной хрущевке на четвертом этаже стоял тяжелый, въедливый дух сушеного багульника...