— На помойке жить будешь, с крысами, как сама, — сказал Игорь, подвигая ко мне папку с иском о разводе. На столе остывал его борщ, рядом лежали ключи от квартиры, а в прихожей уже стояли мои два пакета из «Пятёрочки», собранные с той деловитостью, с какой выносят старые банки на балкон. Я посмотрела на подпись внизу листа, потом на мужа. Семь лет брака умещались у него в лице в одну простую мысль: всё, что было удобным, он считал своим. Жена, квартира, фирма, друзья, даже право говорить последним — всё входило в комплект, как полка к шкафу...

Он вернулся в конце марта, когда снег уже осел, почернел и пропитался водой, а дороги превратились в месиво. Ни автобуса, ни попутки — последние двенадцать километров он шёл пешком. Старый, сгорбленный,...