Ехали мы в полном молчании. Не то, чтобы мне нечего было сказать. Да и отец наверняка тоже не молчал бы просто так. Но мы оба четко осознавали, что слов слишком много. Одно неосторожное – и мы либо поссоримся, либо признаемся в том, о чем никто из нас не готов говорить. Поэтому в машине царила тишина. За рулем сидел Денис. Отец — на пассажирском рядом. Я сзади, у окна, в толстовке, со стаканом восхитительно горячего кофе, который папа купил мне в первой же попавшейся кофейне. На коленях лежала булочка оттуда же...

Галина открыла дверь и увидела свекровь с мастером. Та пришла менять замки в квартире, которую считала своей. Но Рита не собиралась молчать. Звонок в дверь раздался в половине десятого утра, когда Рита стояла босиком на холодном кафеле ванной и выжимала Лёшкину футболку. Сын опрокинул на себя какао за завтраком, и коричневые разводы на белой ткани никак не хотели отстирываться. Она вытерла руки о полотенце, бросила футболку в таз и пошла открывать. За дверью стояла Зинаида Павловна в бежевом пальто с золотыми пуговицами и мужчина в синей спецовке...