Я сидел на крыше кабины роторного экскаватора «Юпитер-7», вросшего в землю посреди гигантской чаши затопленного карьера. Внизу, под слоем тяжелой, маслянистой воды, что-то булькало. Не от радиации — от старости. Эта техника была мертва задолго до первого Выброса. Одержимость — плохая валюта. На нее не купишь ни антирада, ни патронов. Но именно она привела меня сюда, за три километра от вентиляционного комплекса, где, по слухам, открылся тот самый Оазис. Толпы сталкеров сейчас топтались у псевдососен, пытаясь просунуть голову в невидимый портал...

— Ты дома сидишь, тебе нетрудно! Ярослав с грохотом сбросил запылённые рабочие ботинки прямо на резиновый коврик у порога. Брезентовую куртку он привычно зашвырнул на вешалку, не глядя, попал ли крючок в петлю. Рената стояла у плиты. Она аккуратно помешивала густое овощное рагу в чугунной жаровне. — Делов-то на полчаса, — не унимался муж, заглядывая через её плечо в горячую кастрюлю. — Подумаешь, с мальчишками день посидеть. Покормил вовремя, ящик с кубиками вывалил на палас, и лежи себе на тахте, кино смотри...