— Если ты сейчас опустишь шторку, назад дороги уже не будет, — сказала она и нервно крутанула тонкое обручальное кольцо на пальце. Я стоял в узком проходе купе, держась пальцами за пластмассовую защелку окна. Металлическая рама мелко дрожала под ладонью в такт перестуку колес. За окном в густые сибирские сумерки с глухим треском проваливалась глухая тайга, где связь пропала еще триста километров назад. — А мы разве еще не проехали ту точку, откуда есть дорога назад? — спросил я, глядя прямо ей в глаза...

Я обратил на нее внимание еще в здании вокзала. Невысокая, миловидная, в простом бордовом платье до щиколоток, она крутилась возле карапуза лет трех: — Ой, какой же славный, просто прелесть! Так бы и съела твои щечки! Давай я откушу от них кусочек? Малыш заливисто хохотал, отвечая бессвязным детским лепетом. — Женщина, оставьте ребенка в покое! Руки убрали! — на взводе крикнула мать, резко выдернув ладонь сына из цепких пальцев незнакомки. В этот момент как раз подошла моя очередь к кассовому окошку, я переключился на покупку билетов и больше за чужой ссорой не следил...