Андрей понял, что с гаражом что-то не так, еще с дороги. У ворот его бокса стояла чужая серебристая "Лада", багажник был распахнут, а на мокром асфальте лежали картонные коробки с наклейками для отправки, пузырчатая пленка и рулон скотча, который ветер перекатывал к лужам. Он приехал туда после работы, злой от пробок и усталый до звона в висках. Хотел забрать зимнюю резину, которую покупатель с "Авито" согласился посмотреть прямо вечером, а вместо привычного скрипа старого замка услышал щелчок нового, блестящего, чужого...

— Три тысячи, девушка. И забирайте. Дешевле не отдам, — хриплый голос ударил по ушам. Я замерла. Чашка с горячим кофе выскользнула из онемевших пальцев. Картонный стаканчик шмякнулся на грязный асфальт. Коричневые брызги полетели на мои светлые кроссовки. Я подняла глаза. Вещевой рынок на окраине. Февраль 2026 года. Ледяной ветер гнал по рядам рваные пакеты. На складном стульчике сидела Тамара Ильинична. Моя свекровь. Поверх старого пуховика — цветастый платок. Красный нос. Вязаные перчатки с обрезанными пальцами...