Васька размазывал сопли по круглому лицу и тоненько подвывал. — Я только воды попить, а ее нету-у-у-у... Искал-искал, а она пропала-а-а-а... Данил стиснул зубы до хруста и страшным голосом спросил: — Где ты ее пас? Васька съежился под его взглядом, прикрыл голову руками и завопил: — Я только на минутку, Даня! С ребятами... Мы близко не подходили, мы только посмотреть! — Вот ты сволочь! — прошипел Данил и хлестнул братца так, что тот упал лицом в землю, и заголосил еще громче. С трудом подавив желание пнуть бестолкового Ваську, он рванул к лесу...

Наша деревня стоит у самого подножия горы — хотя местные с детства знают: гора тут условная. Скорее, сцепившиеся между собой холмы, вздыбленные, сухие, с каменным нутром. С них открывается вид на волжские просторы и степь, тянущуюся до самого горизонта, где воздух всегда дрожит, будто земля дышит медленно и тяжело. Раньше, говорили старики, здесь стояли казачьи кордоны. Следили, ждали, держали путь — чтобы ни один татарский набег не прорвался к реке. От тех времён остались только названия да редкие находки после дождей: ржавый наконечник, обломок подковы, гильза, не к месту вросшая в глину...