Как наглая родня отобрала мою квартиру, но карма настигла их прямо на пороге! Визгливый, торжествующий голос Жанны разорвал тишину моей маленькой кухни так резко, что я едва не выронила чашку с недопитым чаем. Я сидела на старенькой табуретке, смотрела на облупившуюся краску на подоконнике и пыталась осознать смысл сказанного. Мой родной брат Игорь вместе со своей ненаглядной супругой вломились в квартиру покойной бабушки. В голове стоял густой, звенящий туман, сквозь который настойчиво пробивался только этот наглый, самоуверенный тон невестки...

— Танька, открой... Это я. Не узнала, что ли? Пусти, ради Христа, я замерзаю... — хриплый, захлёбывающийся кашель разорвал тишину лестничной клетки, заставив содрогнуться тяжёлую металлическую дверь. Татьяна Николаевна замерла в прихожей с пакетом свежих продуктов в руках. Пальцы в тонких кожаных перчатках непроизвольно сжались. Голос за дверью был глухим, сиплым, надтреснутым, но интонации — знакомые до боли в сердце — она не спутала бы ни с чем на свете. Она медленно опустила пакет на обувную тумбу, подошла к двери и посмотрела в глазок...