Подсмотрела у японской мастерицы оригами и сделала сама за 149 рублей и бумаги для заметок: необычная новогодняя идея
«Золотые» мальчики ради забавы расправились со студентом. Дело закрыли, но у него был брат-афганец. «Неприкасаемые» стали пропадать (часть1)
Мартовский снег в Москве — это не снег. Это серая каша, перемешанная с реагентами, бензином и человеческим равнодушием. Она хлюпает под ногами, забивается в швы ботинок, оставляет на брюках белесые разводы. Сержант Воронов ненавидел мартовский снег почти так же сильно, как ненавидел ночные дежурства. Почти. Рация захрипела в 3:47. Он запомнил, потому что только что смотрел на часы, прикидывая, сколько осталось до конца смены. — 214-й, ответьте диспетчеру. Воронов снял трубку. — 214-й, на связи. — Сергей Павлович, тут вызов по вашему сектору...
— Я сама разберусь со своими деньгами, не нужно меня контролировать! — резко бросила свекровь.
Утро Анны Павловны всегда начиналось одинаково: ровно в 7:00, под мелодичный перезвон старых настенных часов. В свои шестьдесят два она выглядела так, как выглядят женщины, сохранившие «породу» — аккуратная стрижка, всегда выглаженный домашний костюм и взгляд, в котором мудрость часто боролась с усталостью. Её квартира в тихом центре города была образцом того самого «русского уюта»: накрахмаленные салфетки, корешки классики в застекленных шкафах и запах домашних пирожков, который, казалось, впитался в сами обои...