– Зайцева? Эмма Зайцева? – голос раздался от входа, громкий, привычный командовать. – Ну ты даёшь! Серая мышка наша пришла! Я обернулась. Роман Дятлов стоял в дверях кафе, расставив ноги, будто весь зал принадлежал ему. Грузный, краснолицей, в костюме, который стоил дорого, но сидел как на чужом. На шее – золотая цепь толщиной в палец. Те же маленькие глаза, тот же подбородок – только теперь всё это утонуло в щеках и складках. Тридцать пять лет. Столько прошло с выпускного. И первое, что он вспомнил, – школьную кличку...

— Осторожнее, Лерочка, не вырони, это же чистейшие аметисты, под твои глаза выбирала! Голос Клавдии Петровны звенел от плохо скрываемого восторга. Она протягивала старшей невестке бархатный футляр. Валерия, сияя безупречной улыбкой, изящно извлекла из коробочки золотые серьги. Камни вспыхнули под лучами новогодней гирлянды, отражаясь в зеркальном блеске лакированного стола. Семён, старший брат моего мужа, довольно заулыбался, приобнимая супругу за талию. Все присутствующие заахали, выражая искреннее восхищение щедростью хозяйки дома...