Никита шёл по вечерним улицам и старался не думать о том, что его может ждать. Не думалось получалось плохо – мысли возвращались снова и снова, как назойливые мухи. Левый глаз ныл, под ним наливался синяк.... Он шёл, чуть наклонив голову, и пешеходы, встречавшиеся навстречу, старательно не смотрели на него – или он так думал, а может, им действительно было всё равно. Трудно сказать, что хуже. У него болело не только под глазом. Болело внутри, в груди – там была пустая, горячая дыра, и от каждого вдоха она как будто расширялась...

Солнечный свет щедро заливал маленькую кухню съёмной квартиры, однако настроение у Артёма было отвратительное. Банка из-под кофе оказалась почти пустой. Он чуть ли не с омерзением разглядывал крупинки драгоценного порошка, которые едва прикрывали жестяное донышко. — Да тут и на половину чашки не наберётся, — с досадой буркнул он себе под нос. Артём несколько раз с силой тряхнул банку, но кофе от этого, разумеется, не прибавилось. — Может, чаю заварить? Покрепче, чтобы взбодриться? В нём ведь тоже кофеин есть, — размышлял он вслух, с тоской заглядывая внутрь жестянки...