Он подобрал её на заправке и назвал матрёшкой в фуфайке. Через двадцать дней вернулся раньше и остолбенел 2. Она вышла из детдома с одной фуфайкой. Он остановился у заправки и открыл дверь машины Ноябрьская слякоть облепила стёкла заправочной станции. Огни дальнобойщиков расплывались в мутные медузы. Виталий вышел из внедорожника, хрустнув подошвами дорогих ботинок по ледяной корке. Он не любил заправляться здесь. Слишком дёшево, слишком людно, слишком много всякого сброда. Но трасса была пуста, бак опустел, а мобильный разрывался от сообщений сиделки...

Тамара Степановна не слишком ловко обращалась с телефоном, но одну странность давно заметила: её сообщения с приглашением в гости внуки могли оставлять без ответа по несколько дней. Зато вопросы о деньгах появлялись точно по расписанию. — Ба, пятого всё как обычно? — написал младший, Юра. — Мне за квартиру платить. Она ответила и открыла семейный чат. Приглашение на семидесятилетие через десять дней все прочитали, но никто не сказал, придёт ли. Тамара Степановна положила телефон рядом со швейной машинкой и вернулась к брюкам, которые подшивала соседу...