Мой муж ушёл от нас ровно в пятницу, тринадцатого. Не в шесть вечера, не в восемь — а ровно в двенадцать дня, по звонку часов на ратуше, которую слышно с нашего района, если ветер дует с севера. Он вышел из ванной, надушенный «Боссом», в той самой рубашке, которую я гладила два часа — потому что складки на спине должны быть идеальными. Взял ключи от «Лады», купленной в кредит на моё имя. — Всё, — сказал он просто. — Надоело. Я стояла у плиты, мешала в кастрюле дешёвые сосиски для детей. Обернулась...

Ну что, Евгения Сергеевна, по документам на первый взгляд всё чисто: паспорт, прописка… хотя вы не местная - Калужская область. Лидия Аркадьевна Зарецкая отложила паспорт Евы в сторону и сняла очки в тонкой золотистой оправе. Потом устало потерла переносицу - жест выдал хроническую, глубоко спрятанную усталость, которую она тщетно маскировала идеальным макияжем и безупречно сидящим строгим костюмом. Ева, устроившаяся на самом краю стула в кабинете, который когда-то был отцовским, стиснула под столом влажные ладони...