— Мы же семья, почему мы должны возвращать тебе долг? — Кристина искренне возмутилась, округлив идеально подкрашенные глаза. Она даже чашку с кофе на блюдце опустила с таким стуком, словно я только что предложила ей продать душу дьяволу, а не вернуть мои собственные сбережения. — В смысле «почему»? — я на секунду потеряла дар речи, переводя взгляд с золовки на своего мужа Олега. Тот упорно разглядывал рисунок на кухонной скатерти, будто там внезапно проступила карта сокровищ. — Кристин, вы брали триста тысяч на три месяца...

— Катенька, ну ты же мудрая женщина, должна понимать, — донёсся из кухни тихий, но отчётливо вкрадчивый голос свекрови, Тамары Петровны. — Мужчине нужна отдушина. Работа у него нервная, ответственности выше крыши. А тут ты со своими тетрадками вечно уставшая. Катя стояла в тёмной ванной, прижавшись лбом к прохладному кафелю. Рука, сжимавшая тюбик с зубной пастой, мелко дрожала. Она зашла сюда пять минут назад, чтобы просто умыться перед сном после тяжёлого дня в школе — выпускные классы, проверки, отчёты...