След на письменном столе остался светлым, почти белым на фоне выгоревшего шпона. Прямоугольник размером с ладонь взрослого мужчины, вокруг которого тонким ободком лежала мелкая пыль от ластика. Матвей сидел на табурете, не снимая школьного кардигана, и смотрел на этот пустой прямоугольник. Пальцы тринадцатилетнего мальчика были перепачканы графитом, правый ноготь обгрызен до мяса. Когда в прихожей хлопнула тяжелая наружная дверь, он даже не вздрогнул. Только плечи поднялись к ушам. Полина вошла в детскую с кухни, вытирая руки вафельным полотенцем...