— Подъём! Шесть тридцать! — в дверь постучали три раза, с одинаковыми паузами, как метроном. — Кто рано встаёт, тому Бог подаёт! Я открыла глаза и уставилась в потолок чужой спальни. Суббота. Законный выходной, когда Бог, по моим сведениям, разрешает поспать хотя бы до девяти. — Виктор Семёнович, — отозвалась я, не вставая, — а Бог в курсе, что у меня выходной? — В моём доме у распорядка выходных нет! — отчеканили из-за двери. — Завтрак в семь ноль-ноль. Овсянка остывает по графику. Шаги удалились по коридору — ровные, командирские...

— Ты возьмёшь кредит на триста тысяч, — сказала мать Елена Фёдоровна не как предложение, а как констатацию факта. — Нам на ремонт кухни нужно. Ты же знаешь, у нас совсем всё старое. Неприлично уже. Ольга сидела на диване в родительской квартире и смотрела на мать, не в силах произнести ни слова. Рядом стоял отец, Игорь Семёнович, скрестив руки на груди — поза, не предполагающая возражений. — Мы посчитали, — продолжила мать, листая какие-то бумажки. — Новый гарнитур, плитка, столешница из камня. Ты ведь в банке хорошую ставку получишь, ты там постоянный клиент...