На самом верху пыльного чердака, под скатом крыши, где зимой спали летучие мыши, а летом грелись на солнце старые оконные рамы, жил Старый Граммофон. Когда-то его труба сияла медью, а диск вращался так быстро, что казалось, будто он пытается взлететь. Но те времена давно прошли. Теперь его лак потрескался, иголка затупилась, а заводная ручка скрипела так сердито, что пугала пауков. Внизу, в гостиной, стоял блестящий Музыкальный Сундучок. Он работал от электричества, не имел никакой трубы, зато умел петь сотнями разных голосов — от пения китов до грохота поездов...