— Мама уже вещи перевезла, не заставлять же ее обратно тащить, — пожал плечами супруг. Вадим стоял посреди прихожей, неловко переминаясь с ноги на ногу, и пытался придать своему лицу выражение крайней невинности. Его круглая физиономия выражала смесь вины и упрямства, словно у нашкодившего школьника, который верит, что если улыбаться достаточно широко, то разбитое окно ему простят. Елена застыла на пороге, держа в руках тяжелую кожаную сумку с рабочим ноутбуком и огромную пластиковую папку со скетчами ландшафтных проектов...