— Не смей попрекать меня изменами, скажи спасибо, что я вообще прихожу ночевать в твою халупу! — цинично бросил супруг прямо в лицо жене. Вадим даже не снял пальто. От него пахло морозным октябрьским ветром, дорогим терпким табаком и тяжелым, приторным ароматом чужих жасминовых духов. Он стоял посреди узкой прихожей, заполнив собой все пространство, и смотрел на Полину с брезгливой жалостью, с какой сытые хозяева смотрят на надоедливую собаку у забора. — Ночевать? — голос Полины прозвучал тихо, почти шепотом, но в тишине полутемной квартиры этот шепот резанул острее лезвия...