Баба Нюра долго смотрела в окно. Дождь заливал стекло, деревья гнулись под ветром, и весь мир за окном выглядел неприветливым и серым. Потом она перевела взгляд на меня. Осмотрела джинсы, пыльные на коленях от стояния на полу, на мои спутанные волосы, которые я толком не расчёсывала со вчерашнего утра, на мои сложенные на коленях руки, – и вдруг сказала: – Ладно. Но если что – хоронить будете в Вязовке. Рядом с дедом. Обещай. – Обещаю, – сказала я. – Но хоронить мы тебя не будем. Мы будем тебя лечить...